Промышленность в колониях развивалась медленно. Основой всей экономики оставалось сельское хозяйство. Отсутствие банковской системы на местах и единого эквивалента обмена ограничивало источники получения капитала. Машин и оборудования было мало; в меркантилистском обществе, над которым доминировал центр метрополии, на развитие промышленности в колониальных аванпостах смотрели неодобрительно. И все же зарождалось производство мебели, колес, сельскохозяйственного инвентаря, пищевых продуктов, одежды и кожи. Многие из этих предметов уже производились на месте и в достаточных для продажи количествах. Меха, рыба и лес подвергались примитивной обработке. Бочки и бочарные доски, например, были важными статьями торговли. В период между 1763 и 1766 гг. Вирджиния экспортировала 100 000 хогсхедов табака. При этом тара изготовлялась на месте. Судостроение стало важной отраслью промышленности. Оно стимулировалось не только спросом на корабли для рыболовства и прибрежной торговли, но также и тем, что сооружение кораблей в колониях обходилось дешевле. В 1714 г. только два корабля из 170, отплывавших из Бостона, были построены за пределами колоний. А судостроительная промышленность влекла за собой потребность в шкиперском имуществе — смоле, дегте, канифоли, скипидаре и штурвальных колесах. Завися от шведской компании в торговле смолой и дегтем, "Англия явно поощряла Америку производить шкиперское имущество. Кроме всего прочего, для некоторых фермеров открывалась возможность тайно сбежать на новое производство, не уплатив за аренду земли. Как видим, подобные явления присущи не только нашему времени.
Железная руда была обнаружена фактически во всех колониях. В 1643 г. Джон Уинтроп-младший основал в Линне (Массачусетс) первую постоянно действовавшую печь для выплавки чугуна. Имея квалифицированных иностранных рабочих и располагая английским капиталом, он мог еженедельно производить 8 т чугуна в чушках. Повсюду в колониях стали появляться печи для выплавки металла, и к 1775 г. с помощью таких печей выплавлялась одна седьмая всего мирового производства чугуна. В промышленности активно действовали Питер Хасенклевер, Александр Спортсвуд и Генри Стигел. Строительные материалы, конечно, добывались на месте. Однако в то время еще не были найдены дешевые способы заготовки гранита для строительных целей. (Такие способы появились лишь в XIX в., когда была изобретена усовершенствованная техника расщепления камня, что поставило цены на отбитый гранит в соответствие с возросшим спросом.) В конце концов гранит стал выгодным экспортным товаром.
Растущая экономика, хотя и находилась еще на таком примитивном уровне, испытывала потребность в рабочей силе, а ее -было мало. Одним из путей решения проблемы был ввоз завербованных по кабальным договорам рабочих, которые брали на себя обязательство трудиться в течение многих лет, возмещая плату за свой проезд в Америку. Агенты по вербовке рабочей силы нанимались торговцами, которые занимались продажей документов-контрактов почти с такой же легкостью, с какой в наше время ведутся переговоры о заключении контрактов с игроками в бейсбол. Агенты в свою очередь нанимали коммивояжеров, путешествовавших по городам Германии и Англии, торгуя вразнос «поездками» в Америку и распространяя листовки, восхваляющие Новую Землю. Однако этот бизнес был сплошным мошенничеством. Усталых от многолетней войны немцев убеждали, что в Америке ничего не надо делать и можно просто стоять с открытым ртом — пища как манна небесная сама пойдет в него. Корабли были битком набиты переселенцами, и часто смертность во время переездов через океан составляла до 50% общего числа пассажиров. Кормили очень плохо, и качество пищи было отвратительным. Когда на борту корабля вспыхивал тиф, то его называли «небным воспалением». Условия, окружавшие этот бизнес, были ненамного лучше условий торговли рабами, за исключением того, что срок кабальных договоров ограничивался семью годами. Торговцы контрактами без колебаний продавали контракты на мужа и жену разным лицам и не препятствовали отделению детей от родителей.