Торговля хлопком
13/05/09
Наиболее важное значение имела торговля хлопком. Корабли транспортировали из южных портов тюки хлопка сначала в Нью-Йорк, а затем в Европу, возвращаясь оттуда с переселенцами. Такие люди, как Ансон Фелс, Уильям Уитлок и Илайша Харл-бут, ставили на карту свои состояния, производя торговые операции с хлопком. Чарлстон, Саванна, Мобил, Новый Орлеан и Нью-Йорк процветали на этой торговле. Тем не менее дело это было довольно рискованным: состояния наживались и терялись на спекуляциях хлопком. С этой торговлей сочеталась доходная прибрежная торговля, связывавшая Мэн, Бостон, Филадельфию и Чарлстон., Льюис Роджерс из Вирджинии разбогател на экспорте табака из Ричмонда. Начало деятельности торговой фирмы Ло-рилларда относится к этому же периоду.
Пиратство в открытом море отнюдь не было полностью ликвидировано. В 1831 г. Чарльз Гиббс — отпрыск почтенной семьи из Род-Айленда — признался, что убил более ста человек, занимаясь пиратством. Он был повешен.
Постепенно в Новой Англии стала развиваться обрабатывания промышленность, которая вскоре обогнала судоходную. Нью-берипорт, Марблхед и Сейлем не могли конкурировать с Бостоном, а последний в свою очередь с трудом поспевал за Нью-Йорком. Однако в Новой Англии всегда можно было встретить преуспевающего и богатого купца. Торговый банкир Джордж Пи-боди завещал свое огромное состояние библиотекам и музеям. Его партнером и преемником был Джуниус Спенсер Морган, сын которого оставил неизгладимый след в истории бизнеса Соединенных Штатов.
К 1812 г. функции экспортера и судовладельца разделились. Купец все больше становился импортером-экспортером. Стало расти классовое чувство: Джон Бромфилд пришел к заключению, что ему трудно начать торговое дело, так как его мать была дочерью священника, а пе купца. Купцы предпочитали иметь дело с иностранными посредниками, которые каким-либо образом были связаны с ними родством. Представителями владельцев грузов, сопровождавшими грузы в пути, часто являлись молодые люди из числа родственников. Поступая таким образом, купец чувствовал себя в большей безопасности, так как родственные связи были все еще довольно прочными. В то время как взаимоотношения между грузоотправителем и его представителем строились на основе взаимного обязательства, во взаимоотношениях со всеми остальными применялся принцип «качество на риск покупателя». Правительство — как свое, так и иностранное — относилось к, той же категории клиентов, что и обычные покупатели. То, о чем в наше время сообщили бы в Бюро по улучшению торговли как об открытом обмане, было для торговца конца XVIII в. не более чем деловым мошенничеством. Торговец мог считать себя джентльменом, но, если ложь приносила прибыль, он без стеснения пользовался ею. Часто он умолял правительство оказать ему помощь, по будь проклято то правительство, которое угрожало его благосостоянию. Война 1812 г. с Англией была для купца крайне нежелательным явлением, так как препятствовала развитию торговли.
Возможно, что Уильям Дьюер, о котором уже шла речь несколько раньше, являл собой лучший образец бизнесмена конца XVIII столетия. Он был помощником Александра Гамильтона, но вскоре стало очевидным, что последнему следовало быть более осмотрительным. Дьюер, родившийся в Англии, приехал в Америку и присоединился к шеренге колонистов. Он удачно женился и жил с блеском, который соответствовал понятию его жены о своем высоком социальном положении. В особняке Дьюера было большое число слуг и к обеду подавалось пятнадцать различных сортов вин. Бизнес Дьюера, сводившийся в основном к спекуля-дии государственными облигациями, осуществлялся на основе информации, поступавшей из правительственных источников. Как и для Роберта Морриса, государственный пост означал для Дьюера личные выгоды. Гамильтон выбрал Дьюера, потому что последний, как полагали, был крупным специалистом в области государственного бюджета, но Дьюер без зазрения совести занимался частным бизнесом и вовлек в эту доходную игру своих друзей. Стремясь сделаться самым богатым человеком в Соединенных Штатах, Дьюер, находясь на государственной службе, лихорадочно спекулировал на акциях банка Соединенных Штатов и на государственных облигациях. В конце концов в 1790 г. он был вынужден уйти в отставку, но получил при этом контракт на поставки для армии. Затем правительство обнаружило у него недостачу в сумме 238 тыс. долл. В 1792 г. Дьюер столкнулся с тяжелым испытанием: соперничающие группы уличили его в махинациях с ценами.