После гражданской войны наступила эпоха баронов-разбойников. В то время когда молодежь проливала кровь при Булл-Ране и Манассе, другие предпочитали оставаться дома и заниматься конфликтами ипого рода: войной на фронте бизнеса. Безжалостные и расчетливые, они рисковали не жизнями, а лишь финансовыми судьбами. Они были солдатами экономической войны, и многие быстро выросли до чина капитана. Преследуя свои собственные интересы, они создавали структуру общества на десятилетия вперед, потому что возможности для быстрого обогащения были неисчерпаемы.
Одной из наиболее удивительных личностей среди этих бизнесменов был Дэниэл Дрю, человек, которого люто ненавидел Вандербильт. Елейный и лицемерный, одетый, как скотопромышленник, которым он когда-то и был, Дрю являлся едва ли не главным манипулятором ценными бумагами на Уолл-стрите. В молодости оп не давал своему скоту воды до пригона его на рынок и только там позволял напиться до отвала, введя этим юамым в лексикон спекулянтов новое выражение — разводненный акционерный капитал. После торговли скотом он стал содержателем таверны, владельцем пароходов, ростовщиком и наконец занялся фондовыми операциями с железнодорожными и пароходными акциями. В 1854 г. он был достаточно богат, чтобы дать взаймы 1,5 млн. долл. железнодорожной компании «Эри», директором которой и стал.
Хотя железная дорога «Эри» являлась одной из главных магистральных линий, идущих с Восточного побережья, она постоянно испытывала затруднения, которые стали особенно тяжелыми при благочестивой «помощи» Дрю. Подвижной состав и железнодорожный путь дороги находились в плачевном состоянии: крушения на линии стали столь частыми, что газетные заголовки лишь вещали: «Еще одно несчастье на железной дороге «Эри». Когда после кризиса 1857 г. Дрю стал казначеем компании «Эри», было ясно, что он заинтересован лишь в манипуляциях с ее ценными бумагами, а пе в улучшении обслуживания пассажиров. И все же Дрю был наказан своим давнишним партнером по махинациям в компании «Эри» Джеем Гулдом, который в конце концов обманул бывшего скотопромышленника, когда тот вел игру на понижение курса ценных бумаг. Дрю никогда больше не возвращался на фондовую биржу.
Гулд происходил из фермерской семьи и в молодости считал, что честность — лучшая линия поведения. Свою первую удачную операцию он совершил в 16 лет. Заняв у отца 2 тыс. долл., Гулд «перехватил» у своего хозяина участок земли, который через две недели перепродал за 4 тыс. долл. Его уволили, и он уехал в Нью-Йорк, где вскоре начал спекулировать кожами. Взяв в долг у торговца кожами Сэдока Пратта 120 тыс. долл., Гулд открыл кожевенный завод в Пенсильвании, а половину этих денег использовал для спекуляции железнодорожными ценными бумагами. Вскоре Пратт вышел из дела, но Гулд нашел другого компаньона, который, обнаружив, что его обманывают, покончил с собой.
В 1860 г. Гулд был выгнан с кожевенного завода. Он пошел служить на фондовую биржу, где, умело используя передаваемые по телеграфу сообщения о ходе военных действий, превращал каждое поражение или победу армии Соединенных Штатов в хороший доход для себя. Купив контрольный пакет старой железнодорожной линии в Северной части Нью-Йорка, он затем продал ее, получив 130 тыс. долл. прибыли, хотя не добавил ни одного километра пути. Затем Гулд сбыл небольшую железнодорожпую линию Огайо Пенсильванской железной дороге в три раза дороже, чем она обошлась ему самому. Его излюбленной стратегией было захватить контроль над несколькими пришедшими в упадок смежными железнодорожными линиями, объединить их под новым названием, объявить об их огромных возможностях, выпустить облигации якобы с целью улучшения этих дорог, а затем продать все предприятие, получив огромную прибыль. Конечно, он делал очень мало или не делал совсем ничего, чтобы улучшить состояние железных дорог. Это был испытанный прием биржевого дельца, и он применял его в течение всей своей карьеры.
В 1865 г. Гулд встретился с Дрю и с Джеймсом Фиском. Сомнительно, чтобы трио более крупных мошенников могло когда-либо украсить собой ландшафт бизнеса. Бывший уличный торговец Фиск был заправилой в группе: хитрый человек, всегда одетый в самые кричащие костюмы, он безбоязненно пускался в махинации, характерные для того времени. Фиск пришелся Дрю по душе, и он помог ему основать небольшую брокерскую фирму, через которую можно было фильтровать заказы так, чтобы другие спекулянты не узнали об их источниках. Это трио вскоре составило «шайку Эри», которой предстояло вступить в борьбу с грозпым Вандербильтом и загнать его в тупик.
Во время президентства Гранта Гулд предпринял свою наиболее трудную операцию —- скупку золота со спекулятивными целями. Разве не смог он манипулировать акциями железных дорог по своему усмотрению? Почему же не заняться золотом? Колебания курса золота на бирже его не беспокоили. Но для успеха дела необходимо было нейтрализовать правительственные запасы золота на сумму около 75 млн. долл. При этом можно было бы манипулировать рыпочной ценой на золото примерно так же легко, как и акциями «Эри». Ведя одновременно борьбу с Вандербиль-том за контроль над «Эри», Гулд приступил к подготовке своей операции. Он заручился поддержкой зятя президента Гранта и нескольких политических деятелей, чтобы обезопасить себя от каких-либо действий правительства.
Не теряя времени, Гулд пустил в действие свой механизм, стремясь поймать как можпо больше простаков: цена на золото стала расти. Гулд готов был захлопнуть капкан, но тут президент Грант, побуждаемый наконец к действиям, приказал министерству финансов продать золото. Цена на золото резко упала, хотя сам Гулд успел «выскочить» из этой биржевой операции. Оболваненные деятели с Уолл-стрита готовы были линчевать Гулда на ближайшем фонарном столбу, но он убежал через черный ход своей конторы. В конце концов английские акционеры компании «Эри» выступили против Гулда. Он был последним из состава триумвирата: Фиск уже был убит, а Дрю еще раньше «выброшен за борт корабля». Гулд решил заняться чем-нибудь другим. Вынужденный отказаться от контроля и вернуть имущество «Эри», оцепиваемое в миллион долларов, он объявил о своей отставке. Акции «Эри» поднялись в цене, и Гулд, спустив все свои акции, получил прибыль в 1 млп. долл. Было обнаружено, что возвращенное им имущество компании стоило не более 200 тыс. долл. Компания «Эри» в течепие последующих десятилетий находилась в плачевном состоянии.