Лихорадочная торговля земельными участками, которая развернулась во Флориде в середине 20-х годов, оказалась предвестником грядущего. Купля-продажа земли и того, что представлялось землей, породила поразительно фантастический рынок, на котором можно было стать богачом, торгуя болотами. Огромная равнина, переходящая в болотистую низменность, была поделена на участки; спекулятивная горячка и торговля «байндерами», т. е. правом на покупку земли, резко повысили цены, достигавшие 75 тыс. долл. за участок. Этому бредовому миру, питаемому сделками, позволявшими платить лишь 10% паличными при покупке участка, суждено было вскоре исчезнуть, его развеял разразившийся на земельном рынке страшный ураган 1926 г.
И все же в промышленности еще сохранялась возможность создавать значительные состояния, что подтверждается примером железнодорожного комплекса ван Сверингенов. Те, кто верит легендам Горацио Элджера, могут сослаться на братьев-холостяков ван Сверингенов из Кливленда, перекинувшихся из торговли недвижимостью в железнодорожное дело. Построив фешенебельный пригородный район в Шейкер-Хайтс близ Кливленда, братья решили обеспечить своих клиентов, купивших здесь дома, связью с городом с помощью скоростной электрической дороги. Чтобы иметь конечную станцию, они купили у «Нью-Йорк сентрал» старую железнодорожную ветку «Никл плэйт рейлроуд», внеся 1 млн. долл. наличными; для мобилизации денег на погашение остальной части ее стоимости они учредили холдинговую компанию. Теперь они уже владели «собственностью» и ловко превратили ее в успешное предприятие. Постепенно братья присоединяли к своему первенцу все новые железнодорожные линии; в 1925 г. они купили «Чесапик энд Огайо» и «Пер-Маркетт». Ван Сверингены столь удачно повели дело со своими железными дорогами, что Морган не выдвинул сколько-нибудь серьезных возражений, когда они предложили продать им долю в «Эри». Установив тесное сотрудничество с фирмой Моргана, братья сделали еще один шаг вперед и присоединили к своей разрастающейся империи «Миссури-Пасифик».
Но все это было достигнуто при помощи сложной сети холдинговых компаний, распутать которую очень трудно. Верхний этаж сооружения представляла «Ваннес компани», затем шли «Дженерал секьюритиз» и «Аллегейни корпорейшн». Последняя контролировала «Чесапик корпорейшн» и «Никл плэйт». «Никл плэйт» — первоначальное владение — в свою очередь контролировала «Уиллинг» и «Лейк-Эри», а «Чесапик» держала под своим крылышком «Чесапик энд Огайо». Далее вниз, на шестом этаже, располагались «Хокинг вэлли», «Пер-Маркетт» и «Эри». Чем ниже слой, тем меньше становился контрольный пакет ван Сверингенов. Например, в «Хокинг вэлли» он составлял менее 1% активов компании, однако координация, осуществляемая системой холдинговых компаний, делала вполне достаточной такую долю ван Сверингенов в активах фирм.
Все шло гладко до тех пор, пока собственность компаний, образующих нижние этажи, приносила с обыкновенных акций доход, достаточный, чтобы гарантировать своим родителям и пра-родителям на верхних слоях пирамиды дивиденды приемлемых размеров. Но после биржевого краха и возникновения кризиса дотоле щедрый источник иссяк. Более того, братья ван Сверин-гены всегда брали крупные ссуды для финансирования своих разнообразных операций, их собственная доля в созданной ими империи с общим капиталом 3 млрд. долл. оценивалась в 17%, причем большая часть этой суммы представляла собой банковские ссуды. К 1935 г. вся система потерпела банкротство. Когда владения ван Сверингенов были пущены с аукциона, чтобы покрыть претензии кредиторов, размер убытков достигал 40 млн. долл. Однако «дружественные интересы» скупили их собственность с целью сохранить контроль за теперь уже престарелыми братьями.
Быть может, наиболее типичным для бурных 20-х годов был такой человек, как Чарльз Э. Митчелл. Яркая личность, выходец из бостонских аристократических средних классов, он тверда верил, что ключ к вечному процветанию — это покупка облигаций, причем любых. К 1907 г. он руководил кредитными операциями «Уэстерн электрик» в Чикаго, но такой небольшой пост явно не соответствовал его несомненным способностям. В 1911 г. он уже имел собственную инвестиционную фирму, а пять лет спустя поступил на службу в «Нэшнл сити компани» — инвестиционный филиал «Нэшнл сити бэнк». Когда он продемонстрировал недюжинные способности убеждать людей, его в 1921 г. назначили президентом банка. Митчелл осуществлял свои обязанности с помощью целого штата маклеров, специально обученных тому, чтобы обнаруживать инвесторов среди занимающих самое скромное положение людей и настойчиво обрабатывать их до тех пор, пока сделка с ними не будет заключена.